м». В этих словах не следует видеть только грубый выпад недоброжелателя Италии.
Старый страх перед союзниками действительно обострился у итальянских империалистов теперь, в связи с ливийской войной, которая чрезвычайно подорвала военные и экономические силы Италии. Анализируя общее положение Италии и ее политику накануне первой мировой войны, российский военный агент в Риме приходил к такому заключению: «… с внешней стороны, могущество и значение Италии, как фактора международной политики, казалось бы, значительно выросло». Однако «видимость эта не соответствует действительным силам и средствам страны; эта империалистическая политика в настоящее время в значительной степени основана на блефе, и что, наконец, резкий поворот курса ее политики в сторону тесного сближения с остальными державами Тройственного союза является последствием сознания ею своей собственной слабости и желания, с одной стороны, избежать каких бы то ни было недоразумений с Австрией, а с другой — временно использовать дружескую поддержку Германии для достижения тех целей, которые она в настоящее время преследует».